– Как и большинство моих ровесников, я научился читать в первом классе, в ту пору родители не спешили озадачивать своих чад грамотой. Но стоило научиться, и через мои руки прошло всё типографски напечатанное, что имелось дома. Поскольку взрослые тогда говорили о войне как о совсем недавнем событии, прежде всего взялся за издания военно-исторической тематики, и первой, по объёму весьма солидной, была книга Л. Раковского «Константин Заслонов» – о командире белорусского партизанского отряда. Затем – трилогия Г. Матвеева «Тарантул» о школьниках, помогавших выявлять диверсантов в дни блокады Ленинграда. Далее – «Денис Давыдов» Н. Задонского, книга А. Яхниной и М. Алейникова о венгерском восстании 1840‑х годов «Разгневанная земля», «Третья ракета» В. Быкова.

Эти книги поглощались вперемешку с детской литературой: «Чёрная курица, или Подземные жители» А. Погорельского, «Волшебник Изумрудного города» А. Волкова, «Том Сойер» М. Твена, «Республика ШКИД» Л. Пантелеева.

В 1960‑х годах хорошую книгу купить было нелегко, но, к счастью, подруга моей мамы работала в областном библиоколлекторе, сотрудники которого имели право иногда приобретать незначительную часть полученной литературы. Так дома появились собрания сочинений А.С. Пушкина, М.Ю. Лермонтова, Н.В. Гоголя, А.П. Чехова, М.Е. Салтыкова-Щедрина, Ч. Диккенса и других классиков.

Любителем поэзии я тогда не стал, а вот прозу и прежде всего Гоголя и Салтыкова-Щедрина (включая автобиографический роман «Пошехонская старина») с ходу прочитал от корки до корки, причём задолго до изучения произведений этих авторов в школе. Иначе давался Диккенс, ибо я мало знал о британской истории, тем не менее впечатлил и навсегда запомнился его рассказ об обучении слепоглухонемых.

Чтение не мешало другим увлечениям, а учёбе мешало, поэтому в школе, в отличие от института, я был середнячком. И литература любимым предметом не была: методика преподавания не увлекала, хотя учителя были хорошие. Одно дело зазубрить прочитанное, совсем другое – научиться ощущать его «аромат», когда понравившуюся фразу с наслаждением перечитываешь вновь и вновь и постигаешь, что автор в неё вложил, улавливая порой между строк не всем доступный подтекст.

Впоследствии увлекла мемуаристика, но не только. С некоторым опозданием прочитал всего Ф. Абрамова, затем произведения других писателей-деревенщиков – В. Астафьева, В. Белова, В. Распутина.

В числе недавно прочитанного – труд академика Е. Тарле «История Италии в Средние века» и четырёхтомник С. Маршака, в который включены его статьи и воспоминания. С удовольствием перечитал «Похождения бравого солдата Швейка» Ярослава Гашека и нашёл в них то, чего не замечал ранее, – забавные и одновременно печальные параллели с сегодняшними реалиями.